Авторы    
Автор не указан (58)
Alexander Murashev (1)
А.Бурнашев (1)
Александр Палиенко (1)
Аму Мом (1)
Антоний, митрополит Сурожский (1)
Архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской) (1)
архимандрит Андрей Конанос (2)
Архимандрит Виктор (Мамонтов) (1)
Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) (1)
Грегг Брейден (1)
Гуна Манджари (1)
Димитрий Шишкин (1)
Лариса Петрушкевич (1)
Мария Шакти (1)
митр. Лимассольский Афанасий (1)
Митрополит Вениамин (Федченков) (1)
Михаил Лабковский (2)
Мишель Перри (1)
Муджи (6)
Нина Рубштейн (1)
Парамаханса Йогананда (1)
Рамакришна Парамахамса (1)
Роджер Уолш (2)
С.Н. Лазарев (72)
Свами Сатьянанда Сарасвати (1)
Священник Святослав Шевченко (1)
Т.А. Флоренская (1)
Тихон Шевкунов (1)
Чак Хиллиг (1)
Чандра Мохан Джеин (1)

Главная » Тексты

Тексты  


Сортировать по: длине текста, дате добавления

Без наименованияС.Н. Лазарев
Если кто-то меня грубо толкает или наступает на ногу, я тут же мысленно у него прошу прощения за это. Даже у того, кто тебя будет убивать, можно просить прощения за то, что ты внутренне спровоцировал его на этот поступок, за который он долго потом будет расплачиваться.

В принципе, наша обида на другого человека — это самосуд. Если он действительно совершил преступление против любви и нарушил высшие законы, обидев нас, то влезать в это дело со своими обидами — это только себе вредить.

С.Н. Лазарев

Человек, рассмешивший смерть
Размышления привели Нормана Казинса к очевидной мысли: если отрицательные эмоции, угнетая эндокринную систему, являются «провокаторами» заболеваний, то эмоции положительные, активизируя ее деятельность, могут стать «стимуляторами» выздоровления.

Это случилось более сорока лет назад. Полный сил и энергии журналист, главный редактор «Saturday Revue» Норман Казинс вдруг почувствовал себя плохо. У него резко повысилась температура, появилась ломота во всем теле.

Состояние здоровья быстро ухудшалось, и уже через неделю ему стало трудно двигаться, поворачивать шею, поднимать руки. Ему пришлось лечь в больницу, и вскоре был поставлен диагноз. Оказалось, что у Нормана коллагеноз – аутоиммунное заболевание, поражающее весь организм, при котором иммунная система проявляет агрессию к собственной соединительной ткани.

День ото дня тело Казинса становилось все более неподвижным, он с огромным трудом шевелил руками и ногами, переворачивался в постели. Наступил момент, когда он не смог разомкнуть челюсти, чтобы немного поесть.

Страх, тоска, обида на несправедливость судьбы охватили его. Казинс перестал разговаривать даже с близкими людьми и проводил целые дни, отвернувшись к стене больничной палаты. Лечащий врач, доктор Хитциг, поддерживал Нормана как мог, привлекая для консультаций лучших специалистов, но болезнь прогрессировала. И тогда Норман спросил врача о своих шансах на выздоровление. Ответ его потряс: из пятисот больных коллагенозом выздоравливает только один.

Ночь после этого разговора Норман не спал. До сих пор врачи заботились обо мне, думал он, и делали все от них зависящее, но это не помогло. Если я хочу остаться в живых, надо действовать самому. И поскольку врачи и лекарства бессильны перед моей болезнью, я должен найти другой путь исцеления.

Он вспомнил слова доктора Хитцига о том, что организм мобилизуется на борьбу с любой болезнью, если его эндокринная система работает на полную мощность. А страх, уныние, длительная депрессия, по наблюдениям ученых, наоборот, угнетают деятельность эндокринной системы. В ответ на эти негативные эмоции надпочечники выделяют гормоны стресса – адреналин и норадреналин, которые попадают в кровь и распространяются по всему телу. Когда их слишком много, они действуют на организм разрушительно.

Размышления привели Нормана Казинса к очевидной мысли: если отрицательные эмоции, угнетая эндокринную систему, являются «провокаторами» заболеваний, то эмоции положительные, активизируя ее деятельность, могут стать «стимуляторами» выздоровления. Причем каждый человек обладает очень простым и доступным средством исцеления – смехом.

«Веселое сердце благотворно, как врачевство, а унылый дух сушит кости» – эта фраза из Библии вселила в Казинса надежду. Он взялся за труды известных медиков и ученых и быстро обнаружил то, что искал.

Оказывается, многие врачи и мыслители придавали первостепенное значение положительным эмоциям. Живший в XVIIвеке врач Р. Бартон описал свои наблюдения в книге «Анатомия меланхолии»: «Смех очищает кровь, омолаживает тело, помогает при сердечных недугах». Бартон утверждал, что смех несет в себе излечение от всех болезней.

Иммануил Кант в своих трудах подчеркивал, что смех активизирует все жизненно важные процессы в организме.

Зигмунд Фрейд называл юмор уникальным проявлением человеческой психики, а смех – не менее уникальным средством лечения.

Современный американский ученый У. Фрей опытным путем доказал, что смех благотворно действует на сосуды и работу сердца, на процессы кроветворения и дыхания, а также на общий мышечный тонус организма. Ту приятную мышечную боль, которая появляется после приступа безудержного смеха, было бы очень полезно испытывать ежедневно.

Ученые выяснили: под действием смеха в мозгу выделяется вещество, похожее на морфий. Оно становится своего рода внутренней «анестезией», помогает организму расслабиться и одновременно мобилизовать силы для борьбы с болезнью.

Познакомившись со всей доступной литературой о влиянии эмоций на здоровье, Казинс решил, что, если он хочет остаться в живых, он не имеет права дальше пребывать в роли человека, пассивно ожидающего собственную смерть. Он просто обязан мобилизовать все резервы своего духа и тела с помощью смеха. Это было нелегко. Когда лежишь неподвижно, прикованный к постели, и каждый сустав ноет от боли – тут не до смеха. Но у Казинса уже начал вырисовываться план лечения.

Несмотря на протесты врачей, считавших его «безнадежным больным», Казинс выписался из больницы и переехал в номер гостиницы, где ничто не напоминало ему о болезни. С ним остался только доктор Хитциг, который стал ему близким другом. Он одобрил идею Казинса использовать смех для активизации всех биохимических реакций в организме. В гостиничный номер был доставлен кинопроектор, а также лучшие комические фильмы и книги.

Казинс почувствовал себя невероятно счастливым, когда десять минут пусть вынужденного смеха все-таки дали анестезирующий эффект, что позволило ему проспать два часа без боли.

После того как болеутоляющее действие смеха заканчивалось, сиделка вновь включала кинопроектор или читала Казинсу юмористические рассказы. Так продолжалось несколько дней. Страшные боли перестали мучить Казинса. Анестезирующий эффект смеха был доказан. Далее нужно было узнать, сможет ли смех оказать такое же благотворное действие на эндокринную систему, за счет чего мог бы снизиться аутоиммунный воспалительный процесс. Чтобы установить это, доктор Хитциг брал у Казинса анализы крови непосредственно перед сеансом смеха и после него. И каждый раз результаты анализов подтверждали, что воспалительный процесс в организме шел на убыль. Казинс чувствовал себя окрыленным, старая поговорка: «Смех – лучшее лекарство» обретала под собой физиологическую основу.

Тем временем программа «смехотерапии» развернулась в полную силу. Казинс смеялся в день не менее шести часов. Его глаза опухли от слез, но это были слезы выздоровления. Дозы противовоспалительных средств снижались, а со временем он совсем прекратил принимать лекарства, в том числе и снотворные – к нему вернулся сон.

Через месяц Казинс смог впервые без боли пошевелить пальцами рук. Он не верил своим глазам: утолщения и узлы на теле стали уменьшаться. Еще через месяц он смог активно двигаться в кровати, и это было прекрасное ощущение! Наступил момент, когда больной встал с постели. Правда, еще много месяцев он не мог поднять руку настолько, чтобы достать книгу с верхней полки. Еще дрожали колени, а ноги подкашивались при ходьбе. Но он уже настолько оправился от болезни, что мог вернуться к работе. Уже одно это было для Казинса настоящим чудом!

Месяц от месяца подвижность всех суставов увеличивалась. Боли исчезли, остались лишь неприятные ощущения в коленях и одном плече. Пальцы все увереннее двигались по клавишам органа – и он вновь смог исполнять свои любимые фуги Баха. Он начал играть в большой теннис. Скакал на лошади, не боясь упасть. Он свободно поворачивал шею во все стороны – вопреки прогнозам специалистов о полной неподвижности его позвоночника.

Через десять лет Казинс случайно встретил одного из врачей, приговоривших его к неподвижности, к медленной смерти. Тот был совершенно ошарашен, увидев Казинса живым и здоровым. Здороваясь, Норман сжал руку врача с такой силой, что тот сморщился от боли. Сила этого рукопожатия была красноречивее всяких слов.

В 1976 г. Норман Казинс издал автобиографическую книгу «Анатомия болезни (с точки зрения пациента)», которая буквально произвела взрыв. Опираясь на собственный опыт, автор показал, что положительное эмоциональное состояние может вылечить даже от тяжёлой болезни.

https://www.nepsite.ru

Сердце блудницы
Рассказ основан на реальных событиях.

Отец Евгений не был святым. Он был просто человеком. И, как и все люди, он совершал ошибки и поступки, за которые ему было стыдно. Но он старался, очень старался быть хорошим священником. И, поверьте, у него это получалось. Уж я-то знаю.

– Но, знаешь, хорошо, что есть память, – говорил он. – Ты уже признал, покаялся, встал, отряхнулся, а все равно перед глазами встают картинки из прошлого. Где ты был неправ, струсил, смалодушничал, мимо горя чужого прошёл. Да что там – свиньей был. Это нужно, это полезно вспоминать. Чтобы опять совесть кольнула и никогда уже не повторять… Верку не забуду никогда… Молодой я тогда был, дурной.

… Давно это было. В том маленьком городке многие ее называли Верка-потаскуха. Отца у неё не было, мать-пьяница то и дело меняла таких же пьяных кавалеров. В итоге кто-то из них ударил ее бутылкой по голове. И умерла Анджела – так звали мать.

Верка осталась с бабушкой. Еще со школы пошла она по кривой дорожке. Сначала спала с какими-то похотливыми сальными мужиками за ужин в дешёвом кафе, потом – за шмотки. Иногда и деньжат могли ей подкинуть. Нет, была у неё и нормальная работа – на рынке торговала мясом. Но все знали, что и другое продать она может.

Когда Верке было восемнадцать, умерла бабушка. Не выдержало сердце, изболевшееся сначала за дочь, потом за внучку. И осталась она одна.

А потом забеременела. От кого – сама сказать не могла.

– Рассказывала мне Верка, что тогда это известие о беременности как молнией ее ударило, – вспоминал отец Евгений. – Ведь спала она со всеми подряд не от жизни хорошей. Что мать ее делала, то и она. От осинки не родятся апельсинки. Только не пила, в отличие от матери. До тошноты насмотрелась на попойки. А ещё хотела от одиночества убежать. Только не знала, как. Не научили ее. Ни о каком аборте даже не думала. Хотя врачи сразу сказали: «Тебе-то зачем?» И заниматься Веркой особо не хотели, брезговали. Но все равно ей было, что они там говорят. На обследования не ходила. Думала о том, что наконец-то закончится ее одиночество, будет любить этого ребёночка, и он ее будет любить. И станет теперь у неё в жизни всё по-другому. Не как у них с матерью. Странно, да? Но ведь даже «потаскухам» нужна любовь. Блудницам последним. Она всем нужна. И ведь, Лен, подумай, что-то внутри у неё было чистое, настоящее, раз малыша оставила. Мы, люди, ведь оболочку только видим… А сердце видит Господь.

… Но тогда, в начале истории, этого никто не знал. И в один из дней завалилась к ним в храм пьяная в драбадан Верка. Она то рыдала, размазывая по опухшему лицу дешевую тушь, то заходилась каким-то зловещим сумасшедшим хохотом. И толкала перед собой коляску, в которой лежал ее, наверное, уже трёхмесячный малыш.

«Верка-потаскуха», – прошелестел по храму испуганный старушечий шёпот. Кто-то побежал за сторожем – вывести девку побыстрее. Стыд-то какой. Блудница бесстыжая в Доме Божием. Кто-то попытался оттеснить ее к выходу. Там и наткнулся на них отец Евгений.

Молодой батюшка был не в духе. Дома болела дочь, нервничала матушка, они сильно поругались. А тут ещё крестины, и он опаздывает. И Верку-патаскуху ещё нелегкая принесла. Да, он знал, кто это.

Зачем Вера тогда пришла впервые в храм, она и сама не понимала. Наверное, потому что не куда было идти. Она почти ничего не говорила и все так же то смеялась, то плакала. И заглядывала отцу Евгению в глаза, как будто ждала чего-то, что хоть немного облегчит ее невыносимую боль. А болеть было чему.

– Я смотрел тогда на ее ребёнка, – вспоминал батюшка, – и чувствовал, что у меня волосы становятся дыбом. Это был настоящий уродец. Какая-то бесформенная голова, всё как будто не на своих местах. Вера сказала, что он ещё и слепой. «Почему? – спрашивала она меня заплетающимся языком. И перегаром от неё разило противно так. – Делать-то что?»

Отец Евгений замолчал и несколько раз вытер ладонью лицо. Как будто хотел смыть навязчивое воспоминание. Но оно не уходило.

– А я… – опять заговорил он и схватился за голову. – Знаешь, что сделал тогда я? Я же знал про ее похождения, городок-то маленький. Я сказал: «А что ты хотела? Всю жизнь грешила, теперь всю жизнь терпи!!!! Пойди проспись сначала, потом поговорим». И пошёл по своим делам. Понимаешь, Лена?! По своим делам пошёл! Мимо прошёл…

– А разве не так? Разве не за грех? – спросила я.

– Так или не так, знает только Господь!

… Вера тогда молча повернулась и, шатаясь, пошла прочь со своей коляской. Тяжело, медленно, как будто придавленная бетонной плитой. Это была какая-то чёрная безысходность. Она шла в пустоту. А сзади шипела какая-то бабушка: «Ишь, удумала! Пьяная приперлась. И хохочет ещё…» Сторож Степан шёл за Веркой по пятам. Как будто боялся, что она вернётся. И гнала, гнала ее какая-то волна прочь от храма. Да что там от храма – из жизни. Нет ей места в жизни этой. Нет!

Отец Евгений обернулся и посмотрел ей в след. Вроде бы всё правильно сказал, но жгло всё внутри. «Не вернётся ведь, – шептало сердце. – Ну, значит, не нужен ей Бог. Ладно, пора крестить».

– Я ни бабушке той шипящей ничего тогда не сказал, ни Степану, Лен, – почти простонал отец Евгений. – Почему? Да не до того мне было. Чиновник большой сына крестил. Спонсор. Опаздывать нельзя.

Ночью отцу Евгению не спалось. Он ворочался в кровати, вставал, уходил на кухню, возвращался…

– Ты чего не спишь-то? – сонно пробормотала матушка его Ирина.

Он рассказал. Она помолчала, встала, вскипятила чайник и долго они сидели тогда на кухне.

Вспоминали, как «залетела» без мужа двоюродная сестра матушки. И как ни уговаривали они ее, сделала аборт. А ведь и деньги были, и работа. Как бросила в роддоме дочь с гидроцефалией их знакомая. «Я не буду матерью инвалидки!» – сказала она тогда. И муж хороший, и дом полная чаша, и всё равно.

– А девочка эта, блудница, на самое дно опустившаяся, и родила, и не бросила. Не оправдываю ее, но посмотри – сердце-то любящее, чистое. Ты ж говоришь, больной очень ребёночек. Понятно, что больно ей, страшно. Вот и пьёт. А ты ей про грех и расплату. Про «проспись»… Согреть ее надо было сначала, обнять, пожалеть, поплакать вместе с ней. Она же за этим пришла. За соломинку хваталась. А там, глядишь… Эх, батюшка… Ладно, идём спать, тебе рано служить…

Утром отец Евгений пришёл в храм задолго до службы. Там уже была Лидия Ивановна – одна из старейших прихожанок.

Она почти всегда была в храме. Уходила позже всех, приходила раньше. А иногда и ночевать оставалась – в строительном вагончике. Нечего ей было дома делать, после того как потеряла одного за одним сына и мужа. И сама еле выжила. Спас ее тогда отец Евгений. Но это уже другая история.

– Лидия Ивановна, здравствуйте! Вы Верку знаете? Ну эту…

– Благословите, батюшка. Да кто ж ее не знает!

– А где она живет, знаете?

– Где живет, не знаю, но сейчас спит она у меня дома с Мишуткой своим-бедолажкой. Я и питание ему купила.

– Как это?..

Вчера, вослед уходящей Верке смотрел, задумавшись, не только отец Евгений. Смотрела и Лидия Ивановна. Услышала она случайно их разговор и пошла следом за еле волочащей ноги женщиной с ее коляской.

– Вера, Вера, постой!

Верка остановилась и зло посмотрела на неё мутными глазами.

– Что, тоже про грехи? Сама знаю…

Лидия Ивановна помолчала, а потом обняла эту пахнущую водкой молодую женщину и начала гладить по голове. Как когда-то своего сына.

Верка сначала пыталась вырваться, а потом обмякла и прижалась к Лидии Ивановне. Как мечтала всегда прижаться к матери, но не обнимала та ее. И разрыдалась. И рыдала, рыдала. Как ребёнок.

– Он, он-то за что страдает? Это из-за меня, да? Из-за меня? Я же хотела всё по-другому. Жизнь изменить хотела, счастливым его сделать. Любить. А он вон какой, Мишутка мой. Врачи говорят, долго не протянет. Ест из шприца. Не видит. Лицо вон, как через мясорубку…

– Ты уже изменила жизнь, девочка, – прошептала Лидия Ивановна. – Ты просто сама ещё не понимаешь. И люби его, люби. Ему это нужно. И тебе тоже.

«Девочка»… Так Верку не называла даже мать. А потом все только и звали потаскухой. Она плакала и плакала… И как будто легче ей становилось.

Лидия Ивановна позвала Веру к себе. «Чайку попьём, отдохнёшь, помоешься». Чувствовала старая женщина, сама пережившая нечеловеческое горе, что, отпусти она ее сейчас, она не только не вернётся в храм, но произойдёт что-то страшное.

… Лидия Ивановна тихонько закрыла за собой дверь. Отец Евгений сел рядом с Веркой на кровать.

– Прости меня, Вера, – не то я вчера сказал, не о том, – долетели до неё тихие слова батюшки.

Вера рассказывала ему, как родила, услышала тихий писк и как будто солнце для неё взошло. «Всё, всё будет теперь хорошо!» – думала она.

А потом были слова врачей про то, что урод, что смертник, кто-то даже про «неведому зверушку» сказал. И даже показывать ей сына не хотели. Никому и в голову не могло прийти, что «потаскуха» такого ребенка-урода не бросит.

Рассказывала, как в реанимацию к нему рвалась, а ее не пускали: «Иди уже домой. Родила нам тут…». Как ничего не говорили – почему такой. «Шляться надо было меньше», – и всё.

– Мне страшно на него было смотреть, больно. Непонятно, как жить. Но бросить-то как?! Живое же… Уж какой есть. Сама виновата.

Из роддома врачи провожали ее молчанием.

– Надо же… Кто бы мог подумать, – сказала вдруг старенькая акушерка. – Тут здоровых бросают. А эта…

Рассказывала Вера, как дома пила с горя. Впервые в жизни. В себя приходила, только когда Мишутка от голода кричал. Молоко у неё пропало, и она давала ему дешёвую смесь. Сил сосать у него не было, и она кормила его из шприца, как научили в роддоме. Он срыгивал, а она опять кормила. И так часами. Как гулять с ним не выходила, людей боялась. Как из окна с сыном чуть не выбросилась. Жить-то как и на что? Но что-то остановило ее.

– А я, Лен, сидел, слушал всё это, и мне казалось, что я прикоснулся к чуду, – говорил отец Евгений. – Вот грешница передо мной, видавшая виды, прожжённая, всеми презираемая. Нами – такими чистыми, порядочными. А ведь шелуха всё это, случайное, наносное. Под этой грязью – сердце, светлое, доброе. Смелое сердце. Которое не побоялось ношу такую на себя взвалить. Ни на секунду ведь не задумалась она аборт сделать или бросить своего Мишутку. А ведь никто от неё не ожидал. Как же мы ошибаемся в людях, Лен. Как ошибаемся! Это так страшно! Душа какая у неё! Больная, а живая, любящая! И я со своим: «Нагрешила…». Ох, Господи!

«Сначала полюби, а потом учи»

А ещё вспоминал отец Евгений слова своего старенького духовника из Лавры: «Сначала полюби, образ Божий в человеке увидь, а потом учи! Слышишь, сынок! Полюби! Самого последнего грешника! Тогда сердце тебе правильные слова подскажет, не казённые. Мы же, священники, иногда что-то умное, духовное скажем и пошли своей дорогой. Дела, требы. А боль и горе человека не видим. Прошли мимо этой боли и забыли. И пропал человек. Окаменела душа. А ведь он к нам как ко Христу пришёл. Всегда помни об этом! Не дай Бог мимо горя пройти, оттолкнуть. Не дай Бог!»

На следующий день несколько женщин из храма отца Евгения убирали в Веркиной захламлённой квартире. Рассказал он им всё. Кто-то принёс старенькую детскую кроватку, белье, ползуночки. Матушка Ирина отдала коляску. Скинулись на памперсы, на питание. Медсестра Валентина Петровна, прихожанка, через день заходила проведать Мишутку. Девчонки с клироса забегали с ним погулять.

Верка сначала все больше лежала и плакала. А потом начала в себя приходить. Подолгу на руках с сыном сидела, что-то говорила ему. Целовала в невидящие глазки, в изуродованное лицо. Ловила мимолётную его улыбку. И страшно ей было, и хорошо. Что-то незнакомое, горячее подкатывало к горлу и заставляло биться сердце. Она, наконец, была нужна. И был тот, кого она любила.

– Да, любовь всем нужна, – повторил отец Евгений.

… Мишутка умер в десять месяцев. Рано утром. Так же у Верки на руках. Когда в обед зашла к ним Валентина Петровна, она все так и сидела с ним. Что-то бормотала и целовала, целовала. В глазки, в носик. Еле забрали у неё маленькое тельце.

Хоронил мальчика приход. Верку увезла скорая. Подумали все, что сошла она с ума.

– Но ничего, через месяц выкарабкалась, – рассказывал отец Евгений. Мы ее сначала у себя с матушкой поселили. Все равно боялись, что сделает с собой что-то. В храм с собой за ручку водили. Одну не оставляли. А потом она домой ушла. На рынок свой вернулась. Но в церковь приходила, в трапезной помогала. На могилку каждый день бегала. К тому, кому она была нужна. И кто ей был нужен. Иногда срывалась, пила. Много всего было за это время. Больше десяти лет прошло. Долго рассказывать.

– А сейчас она как? Посмотреть бы на неё.

– Так ты же ее видела.

– Я?

– Помнишь, в прошлом году к отцу Димитрию в село на храмовым праздник ездили? Она же тебя своими варениками угощала… Что глаза-то вытаращила? Верка это была.

… Я вспомнила ту женщину. Полную, красивую, тихую. Мирную. Да, она была именно мирной. Рядом с ней было тепло. Отец Димитрий тогда хвалился, что Вера – их храмовый повар и лучше во всей епархии не найти. Мужа ее вспомнила, тоже тихого, молчаливого. Вроде Игорем звали. Он староста в храме. И трое пацанов у них.

– Это его дети. Он вдовец. Как-то заехал к нам на приход и приглянулась ему Верка. Она долго поверить не могла. Грязной себя считала, потаскухой. Да и люди шептали ему: «Ты что, она же…». Но упрямый он, не слушал никого. Теперь вот семья. Молчун он, тихий, но не дай Бог кому косо на жену взглянуть. Да и не смотрит никто. Забыли все давно. Только я вот помню. И стыдно мне, и больно. Прошёл я тогда мимо Веркиного горя. И если бы не Лидия Ивановна, что было бы? Страшно, Лен! Страшно! Как же легко погубить человека. Просто пройдя мимо. А у него же тоже душа, у самого пропащего грешника. Увидеть ее надо – душу эту. Легко погубить, да. Но и спасти легко. Как Лидия Ивановна. Просто согреть. Поплакать вместе. Не на шелуху смотреть, а на сердце. Не побояться испачкаться. Сердцем сердца коснуться. Полюбить. Любовь меняет всё. Жизнь, мир, судьбы. Она всё может. Главное – не оттолкнуть!

Елена Кучеренко

Знаете почему я сегодня жив?
Энжел, еврей, владелец самой знаменитой пекарни в Германии, часто говорил: "Знаете почему я сегодня жив? Я был ещё подростком, когда нацисты в Германии убивали безжалостно евреев. Нацисты отвезли нас поездом в Аушвиц. Ночью в отсеке был смертельный холод. Нас оставили на много дней в вагонах без еды, без кроватей, а значит без возможности как-то согреться. Всюду шел снег. Холодный ветер морозил нам щёки ежесекундно. Нас было сотни людей в те холодные, ужасные ночи. Без еды, без воды, без укрытия. Кровь замерзала в жилах.

Рядом со мной был пожилой еврей, которого очень любили в моём городе. Он весь дрожал и выглядел ужасно. Я обхватил его своими руками, чтобы согреть его. Обнял его крепко, чтобы отдать немного тепла. Растер ему руки, ноги, лицо, шею. Я умолял его остаться в живых. Я ободрял его. Таким образом я всю ночь согревал этого человека. Я сам был уставшим и замёрзшим. Пальцы окоченели, но я не переставал массировать тело этого человека, чтобы согреть его.

Так прошло много часов. Наконец наступило утро, солнце начало сверкать. Я оглянулся вокруг себя,солнце начало сверкать. Я оглянулся вокруг себя, чтобы увидеть других людей. К своему ужасу, всё, что я мог видеть, - это были замёрзшие трупы. Всё, что мог слышать, - это была тишина смерти. Морозная ночь убила всех. Они умерли от холода. Выжили только два человека: старик и я. Старик выжил, потому что я не давал ему замерзнуть, а я выжил, потому что согревал его.

Позволишь мне сказать секрет выживания в этом мире? Когда ты согреваешь сердце других, тогда и ты согреешься. Когда ты поддерживаешь, укрепляешь и воодушевляешь других, тогда и ты получаешь поддержку, укрепление и воодушевление в своей жизни".

Записки мужа врача

Если передо мной стояла какая-то изнурительная задача, я набрасывался на неё снова и снова
Возможности силы воли и самоконтроля чрезвычайно притягивали моё живое воображение, и я начал дисциплинировать себя. Если у меня было печенье или сочное яблоко, которое я до смерти хотел съесть, я отдавал его другому мальчику и испытывал Танталовы муки, с болью но и удовлетворением.

Если передо мной стояла какая-то изнурительная задача, я набрасывался на неё снова и снова, пока не делал. Так я практиковался день за днем, с утра до ночи.

Сначала это требовало сильного умственного усилия, направленного против склонностей и желаний, но шли годы, и это противоречие ослабевало, и наконец мои воля и желание стали одним и тем же.

Таковы они и сегодня, и в этом лежит секрет всех моих успехов. Эти переживания настолько тесно связаны с моим открытием вращающегося магнитного поля, как будто они составили его существенную часть; если бы не она, я бы никогда не изобрел индукционный мотор.

Никола Тесла

Если любви мало, то наша душа не может соединить противоположностиС.Н. Лазарев
Грех – это потеря любви к Богу. Если любви мало, то наша душа не может соединить противоположности и начинает поклоняться одной из них. Она впадает в крайность, а потом идет агрессия и разрушение.

Картина
Эта картина не для детей написана. Она написана для взрослых. Чтобы они увидели, что так ребёнка принимать нельзя! А надо принимать так, как собака его принимает. Для неё всё равно, с чем он пришёл. С двойкой пришёл – друг, с пятёркой пришел – друг. Не надо принимать ребёнка с отметкой. Отметка — это отметка. А может ваш двоечник завтра мир будет переворачивать? Ваш троечник депутатом станет, или министром, или хорошим врачом? Не цифры решают, а наше отношение к ребёнку.

Шалва Амонашвили

Несовершенст­воС.Н. Лазарев
Практически у всех раковых больных всегда при­сутствует сожаление о прошлом, неприятие проис­шедших событий.

Глупый ищет причину в других, и это подталкивает его к обвинению, ненависти и осуждению.

Умный видит причину неприятностей в себе и часто испытывает уныние и недовольство со­бой.

Мудрый видит во всех неприятностях одну при­чину — собственное несовершенство.

Несовершенст­во — это когда в душе мало энергии и любви.

Поэто­му вместо ненависти и уныния, ослабляющих и разрушающих душу, мудрый в любой неприятности видит возможность развития, то есть расширения возможностей любить и отдавать энергию.

Благополучная судьбаС.Н. Лазарев
Незаурядные люди, стремящиеся повысить свой энергетический уровень, часто бывают конфликтными.

У человека, который пытается уйти от конфликта на внешнем плане и особенно внутренне, падает энергия — и он останавливается в развитии.

Вы знаете как на тонком плане выглядит мечта о стабильности и благополучии? Как четырехкратное пожелание смерти себе и своей судьбе. Так вот, женщины, которые сконцентрированы на спокойствии, стабильности и порядочности, внутренне начинают терять любовь и энергию.

Что делать, если близкий человек вам лжёт. Бороться или уличать?
Никогда не уличайте человека во лжи. Не смейтесь, не ужасайтесь, не обижайтесь, и не стыдите. Привычка лгать – это единственное (может быть, глупое) но, повторю – единственное оружие, которое есть у невротика в руках. И с ним он чувствует себя более или менее – спокойно.

Ко мне обратилась клиентка с таким вот вопросом. Её новоиспечённый муж ей частенько врёт. Глупо и как-то по-детски. Врёт так, что уличить его во лжи не составляет труда. Клиентку так и подмывает бросить ему в лицо: «А зачем ты мне вот тогда солгал, а?» Но она подумала... и решила «спросить психолога». Хорошо, что решила.

Да ведь он мне соврал!.. Ха-ха.. Сейчас я его уличу!

Как только вы заняли выигрышную (со всех сторон) позицию, позицию «человека, который может кого-то в чём-то пристыдить» – вы встали на опасный путь, знайте это. Вы не Свидригайлов. Он не Раскольников. Полноте. Снимите корону. Сдайте табельное оружие.Вам никто не давал права им размахивать перед носом у живого существа.

Здесь начинается неприятная, гаденькая и подленькая игра в кошки-мышки, в казаки-разбойники, в «следователь-подозреваемый». Причём кошка – это вы. А несчастная мышка – солгавший.

Тот, кто уличил во лжи близкого человека или знакомого, или коллегу – тут же раздувается от гордости (от гордыни, я бы уточнила). Плюс ещё бонусом – ощущает себя эдакой Же-ертвой, а уж страшнее этого – психологи состояния и не знают!

Тот же, кто лжёт и пойман – ощущает себя вообще загнанным в угол подонком. И автор этого самоощущения – вы.

Но давайте сначала разберёмся с тем, откуда же берутся патологические лгуны.

Как вырастают лгунишки?

Один из невротических видов адаптацции к требованиям социума – хроническая ложь по поводу и без...

Лгущий человек – как и всякие невротики с их невротическими способами реагирования на трудности – родом из своего детства. Врать его научили родители.

Вначале родители предъявляли к нему непомерные и неадекватные требования, которые ребёнок физически и нравственно не мог выполнить. В силу своих личностных особенностей, или в силу своего малого возраста или в силу внешних факторов социального окружения.

Не хотели родители прислушиваться к особенностям развития чада, к его страхам, к истинным потребностям своего ребёнка. Просто отрицали своего ребёнка таким, какой он есть. Не хотели видеть и не хотели замечать, слышать его подлинных проблемок.

Притом – больно и сверхагрессивно наказывали за невыполнение тех требований, которые ребёнок не мог исполнить. Например, лишали своей любви и уважения.

Создалась дилемма:

Я говорю им, что «я не могу». Они меня не слышат.

Я делаю, как могу в данной ситуации (по-своему) – меня за это больно наказывают.

Что делать в таком случае ребёнку? В таком случае ребёнку остаются два выхода:

заболеть (чтобы отстали навек),

научиться врать, обманывать (чтобы не устраивали ужасных скандалов).

Обычно вруны формируются к четырём годам. К 11 они достигают совершенства в лжи, и это умение сопровождает их по жизни.

Взрослый врун: ситуация проявления

Ложь – это защитная реакция на агрессивный, чужой социум. Ложь вам – это симптом того, что лгущий человек вам (как и всем ) – привычно не доверяет ибо не рассматривает вас как такого неопасного человека, который:

услышит,

поймёт,

не будет потом всё равно настаивать на своих диких требованиях,

не накажет больно за правду.

Лгущий вам по мелочам человек (а это ведь особенно неприятно, смешно и легко уличимо – ложь по мелочи) не доверяет вам точно так же, как он не доверяет и всему социуму вообще. Он научен просто – не доверять никому. Таким его сделали нечуткие и плюс сверхтребовательные и агрессивные родители. Смиритесь с этим. Ложь – это всего лишь признак невротика.

Никогда не уличайте человека во лжи. Не смейтесь, не ужасайтесь, не обижайтесь, и не стыдите. Привычка лгать – это единственное (может быть, глупое) но, повторю – единственное оружие, которое есть у невротика в руках. И с ним он чувствует себя более или менее – спокойно.

Не пытайтесь выбить из рук недоверчивого к миру запуганного человека его единственный картонный меч.

Докажите сначала, что вы – не опасны, что вам можно доверять. Что вам можно сказать и правду. Не доказывайте же вы обратного!..

Как перевоспитать лжеца?

Конечно, неприятно жить с человеком, который постоянно именно вас обманывает, причём, по-детски. Но есть и способ перевоспитать такого человека. Этот способ – долгий и не каждый захочет вести себя так, как я сейчас попрошу. (Ну, значит, и поделом вам. Значит, вам будут врать всю вашу жизнь!)

Итак:

никогда не уличайте во лжи солгавшего вам человека. Ни с глазу на глаз ни, тем более, уж, публично.

Знайте: лгущий человек (между прочим) и сам – «в курсе» того, что ложь – это никак не одобряемая социумом практика, и от этого он хронически чувствует себя – плохо. Самооценка – низкая. Не

добавляйте к его самообвинениям ещё и своих обвинений;

Привычка лгать – это болезнь, невроз. Не смейтесь бога ради над нездоровым в психологическом плане человеком. Не станете же вы (простите) ржать над человеком, у которого тик века, потому что в детстве пьяный папа бил его ремнём?

И не чувствуйте никогда себя – «выше» того, кто вам лжёт.

Как лгущий человек проверяет вас, идя на сближение?

Лгущий человек отлично знает, что вы его поняли и раскусили. Ведь на воре шапка горит... Но он очень хочет, чтобы вы сделали вид, как будто бы «не заметили его оплошности».

я оставил тебе котлету, но её съел мой голодный однокурсник Петька (а то ты будешь орать, какой я жирный эгоист);

я звонила тебе, но ты не брала трубку (а то ты будешь орать, что я забывчивая),я бы поехал с вами на пикник, но у папы спустилось колесо (а то вы будете орать, что на меня ни в чём нельзя положиться),

я не помню, за сколько я купила эти сапоги (а то ты будешь орать – на какие такие средства я живу).

Ваше «незамечание» такой вот лжи – доказывает вашу расположенность к запуганному, недоверчивом,у скрытному человеку, ваше интуитивное понимание «как ему тяжело пришлось в жизни», ваше неспесивое великодушие, вашу тактичность и главное – вашу готовность принимать человека таким, какой он есть.

Со временем, перестав сидеть как кошка у мышьей норки, вы услышите признание из уст вашего «бывшего лгуна» ,который высунет доверчивую мордочку и скажет –

«А ты знаешь, я тебе тогда нарочно соврал, а на самом деле – дело было вот как. Котлету-то сожрал-таки я».

Если вы услышите такое признание – устройте праздник, вы оба победили зло в этом мире! На своей малюсенькой делянке – но это дорогого стоит.

Даже лгуны знают, что легко и приятно говорить только лишь одну – правду. Правда, если есть кому говорить её – правду... Если за правду на тебя не бросятся со сковородкой.

Даже лгуны мечтают «говорить по душам» и когда-нибудь собираются перестать врать. Ну хотя бы – одному самому близкому человеку на земле. А там, если получится, то и другим. Дайте им такой шанс. Со временем, увидя, что мир, в основном, безопасен, лгуны перестанут лгать вообще!

Есть такая английская поговорка, её любила повторять Гермиона в саге Джоан Роулинг: «Меньше будешь допытываться, меньше вранья услышишь». Ведь в руках иных «допытчиков» – каждый из нас (даже самый идеальный!) может превратиться в лжеца поневоле...

Елена Назаренко

Как устроен ум?Гуна Манджари
В соответствии с ведической психологией и философией, у человека есть разные составляющие его личности. У него есть ум, и выше ума стоит разум. И вот в чём проявление ума? Проявление ума в том, что оно чисто механистическое. То есть ум привык действовать по определённым схемам, по определённым шаблонам, так ему легче, и это необходимо.

Потому что ум - это своего рода компьютер, который нам дан в жизни, и мы его программируем на определённые функции, которые нам помогают жить. Допустим, ребёнок этот компьютер настраивает. Вот что такое детство, что такое обучение? Это во многом настройка этого компьютера. Потом уже, когда чуть старше ребёнок становится, уже развивается разум. Но вначале нужно настроить этот компьютер. То есть ребёнок учится всему: ходить, кушать, взаимодействовать с другими людьми.

И во многом потом этот компьютер будет делать вещи бессознательно, у него есть такой навык. Как подтверждение этому, в современном мире есть такой бич, очень многие люди заболевают болезнью Альцгеймера. Это когда расстраивается эта так называемая компьютерная система, то есть ум приходит в дисбаланс, он расстраивается, и расстраиваются все настройки ума. И человек не может сделать элементарные вещи, часто такие люди забывают, как сходить в туалет.

Опять же, это то, для чего нужен ум: он учит нас каким-то программам и стереотипным вещам, чтобы мы это делали, не задумываясь. И в этом есть своя определённая необходимость жизни. Но дело в том, что любой развивающийся человек, я уже не говорю о духовном человеке, он развит и развивается в той степени, в какой он может контролировать свой ум.

Потому что ум всему даёт свои определения, и всему даёт стереотипное мышление или ограничивающие убеждения, как называют в психологии. Это когда ум слишком много берёт под свой контроль. То есть он пытается контролировать те вещи, которые он не должен контролировать, и тут очень важно понимать, что с нами происходит.

Без контроля ума никакого развития не происходит! И ум всегда будет всё сводить к стереотипам, к определённым штампам. И то же самое в отношениях. Это очень важно понимать, потому что есть такая формула – не всё так, как нам кажется.

Слова, которые оживляют мертвые клетки
Ученым удалось доказать, что слова способны оживлять мертвые клетки! В ходе исследований ученые были поражены, какой огромной силой обладает слово. Как же им удалось этого добиться? Исследования показали, что выполнялось запоминание системами условий воздействия на них, и эта информация в них хранилась.

Начнем все по порядку. Еще в далеком 1949 году исследователи Энрико Ферми, Улам и Паста изучали нелинейные системы — колебательные системы, свойства которых зависят от происходящих в них процессов. Эти системы при определенном состоянии вели себя необычно.

Исследования показали, что выполнялось запоминание системами условий воздействия на них, и эта информация в них хранилась довольно продолжительное время.

Характерный пример — молекула ДНК, хранящая информационную память организма.

Еще в те времена ученые задавали себе вопрос, как такое возможно, чтобы неразумная молекула, не обладающая ни мозговыми структурами, ни нервной системой, может обладать памятью, по точности превосходящей любой современный компьютер. Позднее ученые открыли загадочные солитоны.

Солитоны, солитоны…

Солитон — это структурная устойчивая волна, находящаяся в нелинейных системах. Удивлению ученых не было предела. Ведь эти волны ведут себя как разумные существа. И только по истечении 40 лет ученым удалось продвинуться в этих исследованиях. Суть опыта заключалась в следующем — с помощью специфических приборов ученым удалось проследить путь следования этих волн в цепочке ДНК.

Проходя цепочку, волна полностью считывала информацию. Это можно сравнить с человеком, читающим открытую книгу, только в сотни раз точнее. У всех экспериментаторов во время исследования возникал одни и тот же вопрос — почему солитоны ведут себя так, и кто дает им такую команду?

Почему солитоны так себя ведут?

Ученые продолжали свои исследования в математическом институте РАН. Они попробовали воздействовать на солитоны человеческой речью, записанной на информационном носителе. То, что увидели ученые превзошло все ожидания — под воздействием слов солитоны оживали.

Исследователи пошли дальше — направляли эти волны на зерна пшеницы, которые до этого были облучены такой дозой радиоактивного излучения, при которой рвутся цепочки ДНК, и они становятся нежизнеспособными. После воздействия семена пшеницы проросли. Под микроскопом наблюдалось восстановление ДНК, разрушенных радиацией.

Получается, человеческие слова смогли оживить мертвую клетку, т.е. под воздействием слов солитоны начинали обладать животворящей силой. Эти результаты неоднократно были подтверждены исследователями из других стран — Великобритания, Франция, Америка.

Учеными была разработана специальная программа, при которой человеческая речь трансформировалась в колебания и накладывалась на волны-солитоны, а потом воздействовали на ДНК растений. Вследствие этого значительно убыстрялся рост и качество растений.

Опыты проводились и с животными, после воздействия на них наблюдалось улучшение артериального давления, выравнивался пульс, улучшались соматические показатели.

Исследования ученых не остановились и на этом

Совместно с коллегами из научных институтов США, Индии были проведены эксперименты по воздействию человеческой мысли на состояние планеты. Эксперименты проводились не единожды, в последних участвовало 60 и 100 тысяч человек. Это поистине огромное количество людей. Главным и необходимым правилом выполнения эксперимента было присутствие у людей созидающей мысли.

Для этого люди по своей воле собирались группами и направляли свои позитивные мысли в определенную точку на нашей планете. Во время и на протяжении нескольких суток резко сокращались показатели преступности в городе! Процесс воздействия созидающей мысли фиксировался научными приборами, которые регистрировали мощнейший поток положительной энергии.

Человеческая мысль материальна

Ученые уверены, что эти эксперименты доказали материальность человеческой мысли и чувств, и их неимоверную способность противостоять злу, смерти и насилию. Уже в который раз ученые умы благодаря своим чистым помыслам и стремлениям научно подтверждают древние прописные истины — человеческие мысли могут, как созидать, так и разрушать.

Выбор остается за человеком

Выбор остается за человеком, ведь именно от направления своего внимания зависит, будет человек творить или негативно влиять на окружающих и на себя. Человеческая жизнь — это постоянный выбор и можно научиться делать его правильно и осознанно.

Автор: Матвеев Кирилл

Без наименованияМуджи
Я хочу дать тебе один совет, который не так часто можно услышать, но я сам, моя жизнь — пример того, что это работает.

Если ты хочешь дойти до конца и обрести свободу, отбрось мысль о том, что у тебя есть какие-то права в этом мире.

Забудь о правах вообще. Тогда все в жизни станет для тебя подарком.

Когда ты не думаешь, что заслуживаешь чего-то, все воспринимается как дар. Просто попробуй. Проверь на себе. Хорошо?

Это не просто стратегия поведения.

Отбрось саму идею о том, что жизнь чем-то тебе обязана, и ощути то пространство, что откроется внутри.

Возможно сначала ты почувствуешь себя уязвимо: «О Боже, нет, теперь я не смогу постоять за себя. Меня могут оскорбить или унизить!».

Но иди за пределы своей уязвимости. Пожертвуй ею ради Истины.

Если ты идешь до конца, тогда отбрось также свою гордыню.

В мирской жизни никто не посоветует тебе сделать это, ведь ты должен гордиться собой, повторяя: «Послушайте, у меня есть права!».

Но как только у нас появляются права, мир автоматически становится не прав по отношению к нам.

Смотри на жизнь глазами Бога. Бог не имеет прав. Богу и не нужны никакие права. Будь подобен Богу. Оставь все свои мысли о будущем. Если ты перестанешь думать о будущем, то забудешь и прошлое.

Сделай это для себя. Не нужно никому об этом рассказывать.

Перестань искать поддержки и зависеть от окружающих: «На кого я смогу положиться?». Оставь свои проекции и ожидания: «Через два года у меня будут серьезные отношения и собственная квартира!».

В этом нет ничего особенного. Эта игра оставляет тебя в дураках. Не будь дураком. Ты упускаешь Божественную возможность и силу Святого Духа, полагая, что выбор всегда за тобой.

Когда ты считаешь, что имеешь право выбирать самостоятельно, Господь позволяет тебе сделать этот выбор. Но как только ты отбросишь все мысли о своих правах, как только ты скажешь: «Господи, Ты дал мне свободу выбора. Теперь Ты — мой выбор». Тогда произойдет нечто большее, чем ты можешь себе вообразить.

Оставь свою гордость. Гордость за то, что ты — женщина, что красива от природы. Гордость за то, что ты — мужчина, что ты чего-то достиг. Гордость за свою расу, религию, нацию, что угодно.

Оставь абсолютно все, чем ты можешь гордиться.

Это не принадлежит тебе. Это от дьяволизма. Оставь все и посмотри, что останется.

Бескрайнее пространство откроется внутри тебя.

Колоссальное смирение, приятие, любовь, мудрость и свобода придут в тот момент, когда ты растворишься во всеобъемлющем Бытии.

И никакая сила на планете не сможет уже манипулировать тобой или ограничить тебя, потому что ты освободишься от всего, что было свойственно личности.

Почему ты считаешь свою личность такой ценной?

На какое-то время всем нам необходимо ощутить себя личностью, но однажды приходит час возвращаться Домой.

Вернись к своей чистоте, к своему изначальному состоянию прямо сейчас. Ты спросишь: «Как?».

Припади к стопам Господа, отбросив все свои страхи. Это падение не вниз, а вверх, в объятия живого Бога.

Без наименования
Во время ливано-израильской войны ряд исследователей провели эксперимент, в ходе которого группу людей обучали способности "ощущать" мир внутри себя. В специально назначенное время этих людей забрасывали в истерзанные войной регионы Ближнего Востока. И когда они посреди всего этого кошмара преисполнялись чувством мира, террористические действия прекращались, преступления против мирных жителей шли на спад, количество пострадавших, доставляемых в госпитали, и число дорожных происшествий уменьшалось. Когда же эти люди переставали сосредоточиваться на переживании мира, всё возвращалось на круги своя. Такие исследования подтвердили ранее сделанные открытия: КОГДА ДАЖЕ НЕБОЛЬШОЙ ПРОЦЕНТ НАСЕЛЕНИЯ ОБРЕТАЕТ ВНУТРЕННЕЕ СОСТОЯНИЕ МИРА И ПОКОЯ, ЭТО СОСТОЯНИЕ ОТРАЖАЕТСЯ В ОКРУЖАЮЩЕМ МИРЕ.

Исследователи смогли высчитать количество людей с чувством мира в душе, которое требуется для того, чтобы это состояние отразилось на окружающем мире. Например, для города с миллионным населением потребовалось бы примерно 100 человек. А для региона с населением 6 миллиардов оно составило бы меньше 8000 человек. Формула учитывает лишь тот минимум людей, который необходим для того, чтобы начать процесс оздоровления мира. Чем большее количество людей охвачено чувством мира, тем быстрее возникает нужный эффект.Это исследование получило название "Международного проекта мира на Ближнем Востоке", а его результаты опубликовал "Журнал разрешения конфликтов" (1988 г).

Мироздание держится на людях, у которых любовь и мир в душе. Это костяк, основа организма цивилизации. Они не жалуются, не осуждают несовершенства мира, не презирают "матрицу-систему". Не призывают из нее выходить. Они просто спокойно делают свои дела, украшают свою жизнь на благо самим себе, иногда даже не задумываясь об том, что их личная благополучная жизнь спасает этот мир от разрушения. Точно так же устроен организм человека. Стволовые клеточки (стволовое тело, биополе, душа) - это основа жизни. Их мало, но они "в тельняшках". Сохраняйте внутри себя состояние мира и покоя, это отражается на то, что происходит вокруг вас.

Без наименования
Ищущий: Мы мирские люди и нас преследуют какие-то горести, беды, а мы не знаем, как избавиться от них. Мы молимся Богу, но недовольны результатом. Что нам делать?

Махарши: Верить Богу.

Ищущий: Мы положились на Него, но помощи до сих пор нет.

Махарши: Да. Если вы отдались Богу, то должны быть способны жить Его волей и не обижаться на неприятности. Все может повернуться другой стороной. Страдание часто ведет людей к вере в Бога.

Ищущий: Но мы земные, имеем жен детей, друзей и родственников. Мы не можем игнорировать их и подчинить себя Божественной воле, не удерживая в себе хоть крупицу индивидуальности.

Махарши: Это означает, что вы не отдались так как исповедуете. Вы должны только верить Богу. Отдаетесь ему и только держитесь Его воли независимо от Его появления или исчезновения. Ждите Его удовольствия. Если вы просите сделать желанное вам, то это уже не отдача, а приказ Ему. Нельзя подчинять Его себе и при этом думать, что вы уже отдались. Он знает, что является наилучшим, а также как и когда это наилучшее сделать. Все полностью оставьте Ему. Ноши – Его, а у вас теперь нет забот, все ваши тревоги на Нем. Такова отдача и это есть бхакти.

Другой Путь – исследуйте, для кого возникают эти вопросы. Глубоко погружайтесь в Сердце и оставайтесь Атманом. Один из этих двух Путей открыт для устремленного.

Ищущий: Но отдача невозможна.

Махарши: Действительно, полная отдача невозможна в начале Пути, однако частичная безусловно доступна всем, и со временем это приведет к совершенному подчинению.


1 1 12

Главная » Тексты

Тексты  


Сортировать по: длине текста, дате добавления

Без наименованияС.Н. Лазарев
Если кто-то меня грубо толкает или наступает на ногу, я тут же мысленно у него прошу прощения за это. Даже у того, кто тебя будет убивать, можно просить прощения за то, что ты внутренне спровоцировал его на этот поступок, за который он долго потом будет расплачиваться.

В принципе, наша обида на другого человека — это самосуд. Если он действительно совершил преступление против любви и нарушил высшие законы, обидев нас, то влезать в это дело со своими обидами — это только себе вредить.

С.Н. Лазарев

Человек, рассмешивший смерть
Размышления привели Нормана Казинса к очевидной мысли: если отрицательные эмоции, угнетая эндокринную систему, являются «провокаторами» заболеваний, то эмоции положительные, активизируя ее деятельность, могут стать «стимуляторами» выздоровления.

Это случилось более сорока лет назад. Полный сил и энергии журналист, главный редактор «Saturday Revue» Норман Казинс вдруг почувствовал себя плохо. У него резко повысилась температура, появилась ломота во всем теле.

Состояние здоровья быстро ухудшалось, и уже через неделю ему стало трудно двигаться, поворачивать шею, поднимать руки. Ему пришлось лечь в больницу, и вскоре был поставлен диагноз. Оказалось, что у Нормана коллагеноз – аутоиммунное заболевание, поражающее весь организм, при котором иммунная система проявляет агрессию к собственной соединительной ткани.

День ото дня тело Казинса становилось все более неподвижным, он с огромным трудом шевелил руками и ногами, переворачивался в постели. Наступил момент, когда он не смог разомкнуть челюсти, чтобы немного поесть.

Страх, тоска, обида на несправедливость судьбы охватили его. Казинс перестал разговаривать даже с близкими людьми и проводил целые дни, отвернувшись к стене больничной палаты. Лечащий врач, доктор Хитциг, поддерживал Нормана как мог, привлекая для консультаций лучших специалистов, но болезнь прогрессировала. И тогда Норман спросил врача о своих шансах на выздоровление. Ответ его потряс: из пятисот больных коллагенозом выздоравливает только один.

Ночь после этого разговора Норман не спал. До сих пор врачи заботились обо мне, думал он, и делали все от них зависящее, но это не помогло. Если я хочу остаться в живых, надо действовать самому. И поскольку врачи и лекарства бессильны перед моей болезнью, я должен найти другой путь исцеления.

Он вспомнил слова доктора Хитцига о том, что организм мобилизуется на борьбу с любой болезнью, если его эндокринная система работает на полную мощность. А страх, уныние, длительная депрессия, по наблюдениям ученых, наоборот, угнетают деятельность эндокринной системы. В ответ на эти негативные эмоции надпочечники выделяют гормоны стресса – адреналин и норадреналин, которые попадают в кровь и распространяются по всему телу. Когда их слишком много, они действуют на организм разрушительно.

Размышления привели Нормана Казинса к очевидной мысли: если отрицательные эмоции, угнетая эндокринную систему, являются «провокаторами» заболеваний, то эмоции положительные, активизируя ее деятельность, могут стать «стимуляторами» выздоровления. Причем каждый человек обладает очень простым и доступным средством исцеления – смехом.

«Веселое сердце благотворно, как врачевство, а унылый дух сушит кости» – эта фраза из Библии вселила в Казинса надежду. Он взялся за труды известных медиков и ученых и быстро обнаружил то, что искал.

Оказывается, многие врачи и мыслители придавали первостепенное значение положительным эмоциям. Живший в XVIIвеке врач Р. Бартон описал свои наблюдения в книге «Анатомия меланхолии»: «Смех очищает кровь, омолаживает тело, помогает при сердечных недугах». Бартон утверждал, что смех несет в себе излечение от всех болезней.

Иммануил Кант в своих трудах подчеркивал, что смех активизирует все жизненно важные процессы в организме.

Зигмунд Фрейд называл юмор уникальным проявлением человеческой психики, а смех – не менее уникальным средством лечения.

Современный американский ученый У. Фрей опытным путем доказал, что смех благотворно действует на сосуды и работу сердца, на процессы кроветворения и дыхания, а также на общий мышечный тонус организма. Ту приятную мышечную боль, которая появляется после приступа безудержного смеха, было бы очень полезно испытывать ежедневно.

Ученые выяснили: под действием смеха в мозгу выделяется вещество, похожее на морфий. Оно становится своего рода внутренней «анестезией», помогает организму расслабиться и одновременно мобилизовать силы для борьбы с болезнью.

Познакомившись со всей доступной литературой о влиянии эмоций на здоровье, Казинс решил, что, если он хочет остаться в живых, он не имеет права дальше пребывать в роли человека, пассивно ожидающего собственную смерть. Он просто обязан мобилизовать все резервы своего духа и тела с помощью смеха. Это было нелегко. Когда лежишь неподвижно, прикованный к постели, и каждый сустав ноет от боли – тут не до смеха. Но у Казинса уже начал вырисовываться план лечения.

Несмотря на протесты врачей, считавших его «безнадежным больным», Казинс выписался из больницы и переехал в номер гостиницы, где ничто не напоминало ему о болезни. С ним остался только доктор Хитциг, который стал ему близким другом. Он одобрил идею Казинса использовать смех для активизации всех биохимических реакций в организме. В гостиничный номер был доставлен кинопроектор, а также лучшие комические фильмы и книги.

Казинс почувствовал себя невероятно счастливым, когда десять минут пусть вынужденного смеха все-таки дали анестезирующий эффект, что позволило ему проспать два часа без боли.

После того как болеутоляющее действие смеха заканчивалось, сиделка вновь включала кинопроектор или читала Казинсу юмористические рассказы. Так продолжалось несколько дней. Страшные боли перестали мучить Казинса. Анестезирующий эффект смеха был доказан. Далее нужно было узнать, сможет ли смех оказать такое же благотворное действие на эндокринную систему, за счет чего мог бы снизиться аутоиммунный воспалительный процесс. Чтобы установить это, доктор Хитциг брал у Казинса анализы крови непосредственно перед сеансом смеха и после него. И каждый раз результаты анализов подтверждали, что воспалительный процесс в организме шел на убыль. Казинс чувствовал себя окрыленным, старая поговорка: «Смех – лучшее лекарство» обретала под собой физиологическую основу.

Тем временем программа «смехотерапии» развернулась в полную силу. Казинс смеялся в день не менее шести часов. Его глаза опухли от слез, но это были слезы выздоровления. Дозы противовоспалительных средств снижались, а со временем он совсем прекратил принимать лекарства, в том числе и снотворные – к нему вернулся сон.

Через месяц Казинс смог впервые без боли пошевелить пальцами рук. Он не верил своим глазам: утолщения и узлы на теле стали уменьшаться. Еще через месяц он смог активно двигаться в кровати, и это было прекрасное ощущение! Наступил момент, когда больной встал с постели. Правда, еще много месяцев он не мог поднять руку настолько, чтобы достать книгу с верхней полки. Еще дрожали колени, а ноги подкашивались при ходьбе. Но он уже настолько оправился от болезни, что мог вернуться к работе. Уже одно это было для Казинса настоящим чудом!

Месяц от месяца подвижность всех суставов увеличивалась. Боли исчезли, остались лишь неприятные ощущения в коленях и одном плече. Пальцы все увереннее двигались по клавишам органа – и он вновь смог исполнять свои любимые фуги Баха. Он начал играть в большой теннис. Скакал на лошади, не боясь упасть. Он свободно поворачивал шею во все стороны – вопреки прогнозам специалистов о полной неподвижности его позвоночника.

Через десять лет Казинс случайно встретил одного из врачей, приговоривших его к неподвижности, к медленной смерти. Тот был совершенно ошарашен, увидев Казинса живым и здоровым. Здороваясь, Норман сжал руку врача с такой силой, что тот сморщился от боли. Сила этого рукопожатия была красноречивее всяких слов.

В 1976 г. Норман Казинс издал автобиографическую книгу «Анатомия болезни (с точки зрения пациента)», которая буквально произвела взрыв. Опираясь на собственный опыт, автор показал, что положительное эмоциональное состояние может вылечить даже от тяжёлой болезни.

https://www.nepsite.ru

Сердце блудницы
Рассказ основан на реальных событиях.

Отец Евгений не был святым. Он был просто человеком. И, как и все люди, он совершал ошибки и поступки, за которые ему было стыдно. Но он старался, очень старался быть хорошим священником. И, поверьте, у него это получалось. Уж я-то знаю.

– Но, знаешь, хорошо, что есть память, – говорил он. – Ты уже признал, покаялся, встал, отряхнулся, а все равно перед глазами встают картинки из прошлого. Где ты был неправ, струсил, смалодушничал, мимо горя чужого прошёл. Да что там – свиньей был. Это нужно, это полезно вспоминать. Чтобы опять совесть кольнула и никогда уже не повторять… Верку не забуду никогда… Молодой я тогда был, дурной.

… Давно это было. В том маленьком городке многие ее называли Верка-потаскуха. Отца у неё не было, мать-пьяница то и дело меняла таких же пьяных кавалеров. В итоге кто-то из них ударил ее бутылкой по голове. И умерла Анджела – так звали мать.

Верка осталась с бабушкой. Еще со школы пошла она по кривой дорожке. Сначала спала с какими-то похотливыми сальными мужиками за ужин в дешёвом кафе, потом – за шмотки. Иногда и деньжат могли ей подкинуть. Нет, была у неё и нормальная работа – на рынке торговала мясом. Но все знали, что и другое продать она может.

Когда Верке было восемнадцать, умерла бабушка. Не выдержало сердце, изболевшееся сначала за дочь, потом за внучку. И осталась она одна.

А потом забеременела. От кого – сама сказать не могла.

– Рассказывала мне Верка, что тогда это известие о беременности как молнией ее ударило, – вспоминал отец Евгений. – Ведь спала она со всеми подряд не от жизни хорошей. Что мать ее делала, то и она. От осинки не родятся апельсинки. Только не пила, в отличие от матери. До тошноты насмотрелась на попойки. А ещё хотела от одиночества убежать. Только не знала, как. Не научили ее. Ни о каком аборте даже не думала. Хотя врачи сразу сказали: «Тебе-то зачем?» И заниматься Веркой особо не хотели, брезговали. Но все равно ей было, что они там говорят. На обследования не ходила. Думала о том, что наконец-то закончится ее одиночество, будет любить этого ребёночка, и он ее будет любить. И станет теперь у неё в жизни всё по-другому. Не как у них с матерью. Странно, да? Но ведь даже «потаскухам» нужна любовь. Блудницам последним. Она всем нужна. И ведь, Лен, подумай, что-то внутри у неё было чистое, настоящее, раз малыша оставила. Мы, люди, ведь оболочку только видим… А сердце видит Господь.

… Но тогда, в начале истории, этого никто не знал. И в один из дней завалилась к ним в храм пьяная в драбадан Верка. Она то рыдала, размазывая по опухшему лицу дешевую тушь, то заходилась каким-то зловещим сумасшедшим хохотом. И толкала перед собой коляску, в которой лежал ее, наверное, уже трёхмесячный малыш.

«Верка-потаскуха», – прошелестел по храму испуганный старушечий шёпот. Кто-то побежал за сторожем – вывести девку побыстрее. Стыд-то какой. Блудница бесстыжая в Доме Божием. Кто-то попытался оттеснить ее к выходу. Там и наткнулся на них отец Евгений.

Молодой батюшка был не в духе. Дома болела дочь, нервничала матушка, они сильно поругались. А тут ещё крестины, и он опаздывает. И Верку-патаскуху ещё нелегкая принесла. Да, он знал, кто это.

Зачем Вера тогда пришла впервые в храм, она и сама не понимала. Наверное, потому что не куда было идти. Она почти ничего не говорила и все так же то смеялась, то плакала. И заглядывала отцу Евгению в глаза, как будто ждала чего-то, что хоть немного облегчит ее невыносимую боль. А болеть было чему.

– Я смотрел тогда на ее ребёнка, – вспоминал батюшка, – и чувствовал, что у меня волосы становятся дыбом. Это был настоящий уродец. Какая-то бесформенная голова, всё как будто не на своих местах. Вера сказала, что он ещё и слепой. «Почему? – спрашивала она меня заплетающимся языком. И перегаром от неё разило противно так. – Делать-то что?»

Отец Евгений замолчал и несколько раз вытер ладонью лицо. Как будто хотел смыть навязчивое воспоминание. Но оно не уходило.

– А я… – опять заговорил он и схватился за голову. – Знаешь, что сделал тогда я? Я же знал про ее похождения, городок-то маленький. Я сказал: «А что ты хотела? Всю жизнь грешила, теперь всю жизнь терпи!!!! Пойди проспись сначала, потом поговорим». И пошёл по своим делам. Понимаешь, Лена?! По своим делам пошёл! Мимо прошёл…

– А разве не так? Разве не за грех? – спросила я.

– Так или не так, знает только Господь!

… Вера тогда молча повернулась и, шатаясь, пошла прочь со своей коляской. Тяжело, медленно, как будто придавленная бетонной плитой. Это была какая-то чёрная безысходность. Она шла в пустоту. А сзади шипела какая-то бабушка: «Ишь, удумала! Пьяная приперлась. И хохочет ещё…» Сторож Степан шёл за Веркой по пятам. Как будто боялся, что она вернётся. И гнала, гнала ее какая-то волна прочь от храма. Да что там от храма – из жизни. Нет ей места в жизни этой. Нет!

Отец Евгений обернулся и посмотрел ей в след. Вроде бы всё правильно сказал, но жгло всё внутри. «Не вернётся ведь, – шептало сердце. – Ну, значит, не нужен ей Бог. Ладно, пора крестить».

– Я ни бабушке той шипящей ничего тогда не сказал, ни Степану, Лен, – почти простонал отец Евгений. – Почему? Да не до того мне было. Чиновник большой сына крестил. Спонсор. Опаздывать нельзя.

Ночью отцу Евгению не спалось. Он ворочался в кровати, вставал, уходил на кухню, возвращался…

– Ты чего не спишь-то? – сонно пробормотала матушка его Ирина.

Он рассказал. Она помолчала, встала, вскипятила чайник и долго они сидели тогда на кухне.

Вспоминали, как «залетела» без мужа двоюродная сестра матушки. И как ни уговаривали они ее, сделала аборт. А ведь и деньги были, и работа. Как бросила в роддоме дочь с гидроцефалией их знакомая. «Я не буду матерью инвалидки!» – сказала она тогда. И муж хороший, и дом полная чаша, и всё равно.

– А девочка эта, блудница, на самое дно опустившаяся, и родила, и не бросила. Не оправдываю ее, но посмотри – сердце-то любящее, чистое. Ты ж говоришь, больной очень ребёночек. Понятно, что больно ей, страшно. Вот и пьёт. А ты ей про грех и расплату. Про «проспись»… Согреть ее надо было сначала, обнять, пожалеть, поплакать вместе с ней. Она же за этим пришла. За соломинку хваталась. А там, глядишь… Эх, батюшка… Ладно, идём спать, тебе рано служить…

Утром отец Евгений пришёл в храм задолго до службы. Там уже была Лидия Ивановна – одна из старейших прихожанок.

Она почти всегда была в храме. Уходила позже всех, приходила раньше. А иногда и ночевать оставалась – в строительном вагончике. Нечего ей было дома делать, после того как потеряла одного за одним сына и мужа. И сама еле выжила. Спас ее тогда отец Евгений. Но это уже другая история.

– Лидия Ивановна, здравствуйте! Вы Верку знаете? Ну эту…

– Благословите, батюшка. Да кто ж ее не знает!

– А где она живет, знаете?

– Где живет, не знаю, но сейчас спит она у меня дома с Мишуткой своим-бедолажкой. Я и питание ему купила.

– Как это?..

Вчера, вослед уходящей Верке смотрел, задумавшись, не только отец Евгений. Смотрела и Лидия Ивановна. Услышала она случайно их разговор и пошла следом за еле волочащей ноги женщиной с ее коляской.

– Вера, Вера, постой!

Верка остановилась и зло посмотрела на неё мутными глазами.

– Что, тоже про грехи? Сама знаю…

Лидия Ивановна помолчала, а потом обняла эту пахнущую водкой молодую женщину и начала гладить по голове. Как когда-то своего сына.

Верка сначала пыталась вырваться, а потом обмякла и прижалась к Лидии Ивановне. Как мечтала всегда прижаться к матери, но не обнимала та ее. И разрыдалась. И рыдала, рыдала. Как ребёнок.

– Он, он-то за что страдает? Это из-за меня, да? Из-за меня? Я же хотела всё по-другому. Жизнь изменить хотела, счастливым его сделать. Любить. А он вон какой, Мишутка мой. Врачи говорят, долго не протянет. Ест из шприца. Не видит. Лицо вон, как через мясорубку…

– Ты уже изменила жизнь, девочка, – прошептала Лидия Ивановна. – Ты просто сама ещё не понимаешь. И люби его, люби. Ему это нужно. И тебе тоже.

«Девочка»… Так Верку не называла даже мать. А потом все только и звали потаскухой. Она плакала и плакала… И как будто легче ей становилось.

Лидия Ивановна позвала Веру к себе. «Чайку попьём, отдохнёшь, помоешься». Чувствовала старая женщина, сама пережившая нечеловеческое горе, что, отпусти она ее сейчас, она не только не вернётся в храм, но произойдёт что-то страшное.

… Лидия Ивановна тихонько закрыла за собой дверь. Отец Евгений сел рядом с Веркой на кровать.

– Прости меня, Вера, – не то я вчера сказал, не о том, – долетели до неё тихие слова батюшки.

Вера рассказывала ему, как родила, услышала тихий писк и как будто солнце для неё взошло. «Всё, всё будет теперь хорошо!» – думала она.

А потом были слова врачей про то, что урод, что смертник, кто-то даже про «неведому зверушку» сказал. И даже показывать ей сына не хотели. Никому и в голову не могло прийти, что «потаскуха» такого ребенка-урода не бросит.

Рассказывала, как в реанимацию к нему рвалась, а ее не пускали: «Иди уже домой. Родила нам тут…». Как ничего не говорили – почему такой. «Шляться надо было меньше», – и всё.

– Мне страшно на него было смотреть, больно. Непонятно, как жить. Но бросить-то как?! Живое же… Уж какой есть. Сама виновата.

Из роддома врачи провожали ее молчанием.

– Надо же… Кто бы мог подумать, – сказала вдруг старенькая акушерка. – Тут здоровых бросают. А эта…

Рассказывала Вера, как дома пила с горя. Впервые в жизни. В себя приходила, только когда Мишутка от голода кричал. Молоко у неё пропало, и она давала ему дешёвую смесь. Сил сосать у него не было, и она кормила его из шприца, как научили в роддоме. Он срыгивал, а она опять кормила. И так часами. Как гулять с ним не выходила, людей боялась. Как из окна с сыном чуть не выбросилась. Жить-то как и на что? Но что-то остановило ее.

– А я, Лен, сидел, слушал всё это, и мне казалось, что я прикоснулся к чуду, – говорил отец Евгений. – Вот грешница передо мной, видавшая виды, прожжённая, всеми презираемая. Нами – такими чистыми, порядочными. А ведь шелуха всё это, случайное, наносное. Под этой грязью – сердце, светлое, доброе. Смелое сердце. Которое не побоялось ношу такую на себя взвалить. Ни на секунду ведь не задумалась она аборт сделать или бросить своего Мишутку. А ведь никто от неё не ожидал. Как же мы ошибаемся в людях, Лен. Как ошибаемся! Это так страшно! Душа какая у неё! Больная, а живая, любящая! И я со своим: «Нагрешила…». Ох, Господи!

«Сначала полюби, а потом учи»

А ещё вспоминал отец Евгений слова своего старенького духовника из Лавры: «Сначала полюби, образ Божий в человеке увидь, а потом учи! Слышишь, сынок! Полюби! Самого последнего грешника! Тогда сердце тебе правильные слова подскажет, не казённые. Мы же, священники, иногда что-то умное, духовное скажем и пошли своей дорогой. Дела, требы. А боль и горе человека не видим. Прошли мимо этой боли и забыли. И пропал человек. Окаменела душа. А ведь он к нам как ко Христу пришёл. Всегда помни об этом! Не дай Бог мимо горя пройти, оттолкнуть. Не дай Бог!»

На следующий день несколько женщин из храма отца Евгения убирали в Веркиной захламлённой квартире. Рассказал он им всё. Кто-то принёс старенькую детскую кроватку, белье, ползуночки. Матушка Ирина отдала коляску. Скинулись на памперсы, на питание. Медсестра Валентина Петровна, прихожанка, через день заходила проведать Мишутку. Девчонки с клироса забегали с ним погулять.

Верка сначала все больше лежала и плакала. А потом начала в себя приходить. Подолгу на руках с сыном сидела, что-то говорила ему. Целовала в невидящие глазки, в изуродованное лицо. Ловила мимолётную его улыбку. И страшно ей было, и хорошо. Что-то незнакомое, горячее подкатывало к горлу и заставляло биться сердце. Она, наконец, была нужна. И был тот, кого она любила.

– Да, любовь всем нужна, – повторил отец Евгений.

… Мишутка умер в десять месяцев. Рано утром. Так же у Верки на руках. Когда в обед зашла к ним Валентина Петровна, она все так и сидела с ним. Что-то бормотала и целовала, целовала. В глазки, в носик. Еле забрали у неё маленькое тельце.

Хоронил мальчика приход. Верку увезла скорая. Подумали все, что сошла она с ума.

– Но ничего, через месяц выкарабкалась, – рассказывал отец Евгений. Мы ее сначала у себя с матушкой поселили. Все равно боялись, что сделает с собой что-то. В храм с собой за ручку водили. Одну не оставляли. А потом она домой ушла. На рынок свой вернулась. Но в церковь приходила, в трапезной помогала. На могилку каждый день бегала. К тому, кому она была нужна. И кто ей был нужен. Иногда срывалась, пила. Много всего было за это время. Больше десяти лет прошло. Долго рассказывать.

– А сейчас она как? Посмотреть бы на неё.

– Так ты же ее видела.

– Я?

– Помнишь, в прошлом году к отцу Димитрию в село на храмовым праздник ездили? Она же тебя своими варениками угощала… Что глаза-то вытаращила? Верка это была.

… Я вспомнила ту женщину. Полную, красивую, тихую. Мирную. Да, она была именно мирной. Рядом с ней было тепло. Отец Димитрий тогда хвалился, что Вера – их храмовый повар и лучше во всей епархии не найти. Мужа ее вспомнила, тоже тихого, молчаливого. Вроде Игорем звали. Он староста в храме. И трое пацанов у них.

– Это его дети. Он вдовец. Как-то заехал к нам на приход и приглянулась ему Верка. Она долго поверить не могла. Грязной себя считала, потаскухой. Да и люди шептали ему: «Ты что, она же…». Но упрямый он, не слушал никого. Теперь вот семья. Молчун он, тихий, но не дай Бог кому косо на жену взглянуть. Да и не смотрит никто. Забыли все давно. Только я вот помню. И стыдно мне, и больно. Прошёл я тогда мимо Веркиного горя. И если бы не Лидия Ивановна, что было бы? Страшно, Лен! Страшно! Как же легко погубить человека. Просто пройдя мимо. А у него же тоже душа, у самого пропащего грешника. Увидеть ее надо – душу эту. Легко погубить, да. Но и спасти легко. Как Лидия Ивановна. Просто согреть. Поплакать вместе. Не на шелуху смотреть, а на сердце. Не побояться испачкаться. Сердцем сердца коснуться. Полюбить. Любовь меняет всё. Жизнь, мир, судьбы. Она всё может. Главное – не оттолкнуть!

Елена Кучеренко

Знаете почему я сегодня жив?
Энжел, еврей, владелец самой знаменитой пекарни в Германии, часто говорил: "Знаете почему я сегодня жив? Я был ещё подростком, когда нацисты в Германии убивали безжалостно евреев. Нацисты отвезли нас поездом в Аушвиц. Ночью в отсеке был смертельный холод. Нас оставили на много дней в вагонах без еды, без кроватей, а значит без возможности как-то согреться. Всюду шел снег. Холодный ветер морозил нам щёки ежесекундно. Нас было сотни людей в те холодные, ужасные ночи. Без еды, без воды, без укрытия. Кровь замерзала в жилах.

Рядом со мной был пожилой еврей, которого очень любили в моём городе. Он весь дрожал и выглядел ужасно. Я обхватил его своими руками, чтобы согреть его. Обнял его крепко, чтобы отдать немного тепла. Растер ему руки, ноги, лицо, шею. Я умолял его остаться в живых. Я ободрял его. Таким образом я всю ночь согревал этого человека. Я сам был уставшим и замёрзшим. Пальцы окоченели, но я не переставал массировать тело этого человека, чтобы согреть его.

Так прошло много часов. Наконец наступило утро, солнце начало сверкать. Я оглянулся вокруг себя,солнце начало сверкать. Я оглянулся вокруг себя, чтобы увидеть других людей. К своему ужасу, всё, что я мог видеть, - это были замёрзшие трупы. Всё, что мог слышать, - это была тишина смерти. Морозная ночь убила всех. Они умерли от холода. Выжили только два человека: старик и я. Старик выжил, потому что я не давал ему замерзнуть, а я выжил, потому что согревал его.

Позволишь мне сказать секрет выживания в этом мире? Когда ты согреваешь сердце других, тогда и ты согреешься. Когда ты поддерживаешь, укрепляешь и воодушевляешь других, тогда и ты получаешь поддержку, укрепление и воодушевление в своей жизни".

Записки мужа врача

Если передо мной стояла какая-то изнурительная задача, я набрасывался на неё снова и снова
Возможности силы воли и самоконтроля чрезвычайно притягивали моё живое воображение, и я начал дисциплинировать себя. Если у меня было печенье или сочное яблоко, которое я до смерти хотел съесть, я отдавал его другому мальчику и испытывал Танталовы муки, с болью но и удовлетворением.

Если передо мной стояла какая-то изнурительная задача, я набрасывался на неё снова и снова, пока не делал. Так я практиковался день за днем, с утра до ночи.

Сначала это требовало сильного умственного усилия, направленного против склонностей и желаний, но шли годы, и это противоречие ослабевало, и наконец мои воля и желание стали одним и тем же.

Таковы они и сегодня, и в этом лежит секрет всех моих успехов. Эти переживания настолько тесно связаны с моим открытием вращающегося магнитного поля, как будто они составили его существенную часть; если бы не она, я бы никогда не изобрел индукционный мотор.

Никола Тесла

Если любви мало, то наша душа не может соединить противоположностиС.Н. Лазарев
Грех – это потеря любви к Богу. Если любви мало, то наша душа не может соединить противоположности и начинает поклоняться одной из них. Она впадает в крайность, а потом идет агрессия и разрушение.

Картина
Эта картина не для детей написана. Она написана для взрослых. Чтобы они увидели, что так ребёнка принимать нельзя! А надо принимать так, как собака его принимает. Для неё всё равно, с чем он пришёл. С двойкой пришёл – друг, с пятёркой пришел – друг. Не надо принимать ребёнка с отметкой. Отметка — это отметка. А может ваш двоечник завтра мир будет переворачивать? Ваш троечник депутатом станет, или министром, или хорошим врачом? Не цифры решают, а наше отношение к ребёнку.

Шалва Амонашвили

Несовершенст­воС.Н. Лазарев
Практически у всех раковых больных всегда при­сутствует сожаление о прошлом, неприятие проис­шедших событий.

Глупый ищет причину в других, и это подталкивает его к обвинению, ненависти и осуждению.

Умный видит причину неприятностей в себе и часто испытывает уныние и недовольство со­бой.

Мудрый видит во всех неприятностях одну при­чину — собственное несовершенство.

Несовершенст­во — это когда в душе мало энергии и любви.

Поэто­му вместо ненависти и уныния, ослабляющих и разрушающих душу, мудрый в любой неприятности видит возможность развития, то есть расширения возможностей любить и отдавать энергию.

Благополучная судьбаС.Н. Лазарев
Незаурядные люди, стремящиеся повысить свой энергетический уровень, часто бывают конфликтными.

У человека, который пытается уйти от конфликта на внешнем плане и особенно внутренне, падает энергия — и он останавливается в развитии.

Вы знаете как на тонком плане выглядит мечта о стабильности и благополучии? Как четырехкратное пожелание смерти себе и своей судьбе. Так вот, женщины, которые сконцентрированы на спокойствии, стабильности и порядочности, внутренне начинают терять любовь и энергию.

Что делать, если близкий человек вам лжёт. Бороться или уличать?
Никогда не уличайте человека во лжи. Не смейтесь, не ужасайтесь, не обижайтесь, и не стыдите. Привычка лгать – это единственное (может быть, глупое) но, повторю – единственное оружие, которое есть у невротика в руках. И с ним он чувствует себя более или менее – спокойно.

Ко мне обратилась клиентка с таким вот вопросом. Её новоиспечённый муж ей частенько врёт. Глупо и как-то по-детски. Врёт так, что уличить его во лжи не составляет труда. Клиентку так и подмывает бросить ему в лицо: «А зачем ты мне вот тогда солгал, а?» Но она подумала... и решила «спросить психолога». Хорошо, что решила.

Да ведь он мне соврал!.. Ха-ха.. Сейчас я его уличу!

Как только вы заняли выигрышную (со всех сторон) позицию, позицию «человека, который может кого-то в чём-то пристыдить» – вы встали на опасный путь, знайте это. Вы не Свидригайлов. Он не Раскольников. Полноте. Снимите корону. Сдайте табельное оружие.Вам никто не давал права им размахивать перед носом у живого существа.

Здесь начинается неприятная, гаденькая и подленькая игра в кошки-мышки, в казаки-разбойники, в «следователь-подозреваемый». Причём кошка – это вы. А несчастная мышка – солгавший.

Тот, кто уличил во лжи близкого человека или знакомого, или коллегу – тут же раздувается от гордости (от гордыни, я бы уточнила). Плюс ещё бонусом – ощущает себя эдакой Же-ертвой, а уж страшнее этого – психологи состояния и не знают!

Тот же, кто лжёт и пойман – ощущает себя вообще загнанным в угол подонком. И автор этого самоощущения – вы.

Но давайте сначала разберёмся с тем, откуда же берутся патологические лгуны.

Как вырастают лгунишки?

Один из невротических видов адаптацции к требованиям социума – хроническая ложь по поводу и без...

Лгущий человек – как и всякие невротики с их невротическими способами реагирования на трудности – родом из своего детства. Врать его научили родители.

Вначале родители предъявляли к нему непомерные и неадекватные требования, которые ребёнок физически и нравственно не мог выполнить. В силу своих личностных особенностей, или в силу своего малого возраста или в силу внешних факторов социального окружения.

Не хотели родители прислушиваться к особенностям развития чада, к его страхам, к истинным потребностям своего ребёнка. Просто отрицали своего ребёнка таким, какой он есть. Не хотели видеть и не хотели замечать, слышать его подлинных проблемок.

Притом – больно и сверхагрессивно наказывали за невыполнение тех требований, которые ребёнок не мог исполнить. Например, лишали своей любви и уважения.

Создалась дилемма:

Я говорю им, что «я не могу». Они меня не слышат.

Я делаю, как могу в данной ситуации (по-своему) – меня за это больно наказывают.

Что делать в таком случае ребёнку? В таком случае ребёнку остаются два выхода:

заболеть (чтобы отстали навек),

научиться врать, обманывать (чтобы не устраивали ужасных скандалов).

Обычно вруны формируются к четырём годам. К 11 они достигают совершенства в лжи, и это умение сопровождает их по жизни.

Взрослый врун: ситуация проявления

Ложь – это защитная реакция на агрессивный, чужой социум. Ложь вам – это симптом того, что лгущий человек вам (как и всем ) – привычно не доверяет ибо не рассматривает вас как такого неопасного человека, который:

услышит,

поймёт,

не будет потом всё равно настаивать на своих диких требованиях,

не накажет больно за правду.

Лгущий вам по мелочам человек (а это ведь особенно неприятно, смешно и легко уличимо – ложь по мелочи) не доверяет вам точно так же, как он не доверяет и всему социуму вообще. Он научен просто – не доверять никому. Таким его сделали нечуткие и плюс сверхтребовательные и агрессивные родители. Смиритесь с этим. Ложь – это всего лишь признак невротика.

Никогда не уличайте человека во лжи. Не смейтесь, не ужасайтесь, не обижайтесь, и не стыдите. Привычка лгать – это единственное (может быть, глупое) но, повторю – единственное оружие, которое есть у невротика в руках. И с ним он чувствует себя более или менее – спокойно.

Не пытайтесь выбить из рук недоверчивого к миру запуганного человека его единственный картонный меч.

Докажите сначала, что вы – не опасны, что вам можно доверять. Что вам можно сказать и правду. Не доказывайте же вы обратного!..

Как перевоспитать лжеца?

Конечно, неприятно жить с человеком, который постоянно именно вас обманывает, причём, по-детски. Но есть и способ перевоспитать такого человека. Этот способ – долгий и не каждый захочет вести себя так, как я сейчас попрошу. (Ну, значит, и поделом вам. Значит, вам будут врать всю вашу жизнь!)

Итак:

никогда не уличайте во лжи солгавшего вам человека. Ни с глазу на глаз ни, тем более, уж, публично.

Знайте: лгущий человек (между прочим) и сам – «в курсе» того, что ложь – это никак не одобряемая социумом практика, и от этого он хронически чувствует себя – плохо. Самооценка – низкая. Не

добавляйте к его самообвинениям ещё и своих обвинений;

Привычка лгать – это болезнь, невроз. Не смейтесь бога ради над нездоровым в психологическом плане человеком. Не станете же вы (простите) ржать над человеком, у которого тик века, потому что в детстве пьяный папа бил его ремнём?

И не чувствуйте никогда себя – «выше» того, кто вам лжёт.

Как лгущий человек проверяет вас, идя на сближение?

Лгущий человек отлично знает, что вы его поняли и раскусили. Ведь на воре шапка горит... Но он очень хочет, чтобы вы сделали вид, как будто бы «не заметили его оплошности».

я оставил тебе котлету, но её съел мой голодный однокурсник Петька (а то ты будешь орать, какой я жирный эгоист);

я звонила тебе, но ты не брала трубку (а то ты будешь орать, что я забывчивая),я бы поехал с вами на пикник, но у папы спустилось колесо (а то вы будете орать, что на меня ни в чём нельзя положиться),

я не помню, за сколько я купила эти сапоги (а то ты будешь орать – на какие такие средства я живу).

Ваше «незамечание» такой вот лжи – доказывает вашу расположенность к запуганному, недоверчивом,у скрытному человеку, ваше интуитивное понимание «как ему тяжело пришлось в жизни», ваше неспесивое великодушие, вашу тактичность и главное – вашу готовность принимать человека таким, какой он есть.

Со временем, перестав сидеть как кошка у мышьей норки, вы услышите признание из уст вашего «бывшего лгуна» ,который высунет доверчивую мордочку и скажет –

«А ты знаешь, я тебе тогда нарочно соврал, а на самом деле – дело было вот как. Котлету-то сожрал-таки я».

Если вы услышите такое признание – устройте праздник, вы оба победили зло в этом мире! На своей малюсенькой делянке – но это дорогого стоит.

Даже лгуны знают, что легко и приятно говорить только лишь одну – правду. Правда, если есть кому говорить её – правду... Если за правду на тебя не бросятся со сковородкой.

Даже лгуны мечтают «говорить по душам» и когда-нибудь собираются перестать врать. Ну хотя бы – одному самому близкому человеку на земле. А там, если получится, то и другим. Дайте им такой шанс. Со временем, увидя, что мир, в основном, безопасен, лгуны перестанут лгать вообще!

Есть такая английская поговорка, её любила повторять Гермиона в саге Джоан Роулинг: «Меньше будешь допытываться, меньше вранья услышишь». Ведь в руках иных «допытчиков» – каждый из нас (даже самый идеальный!) может превратиться в лжеца поневоле...

Елена Назаренко

Как устроен ум?Гуна Манджари
В соответствии с ведической психологией и философией, у человека есть разные составляющие его личности. У него есть ум, и выше ума стоит разум. И вот в чём проявление ума? Проявление ума в том, что оно чисто механистическое. То есть ум привык действовать по определённым схемам, по определённым шаблонам, так ему легче, и это необходимо.

Потому что ум - это своего рода компьютер, который нам дан в жизни, и мы его программируем на определённые функции, которые нам помогают жить. Допустим, ребёнок этот компьютер настраивает. Вот что такое детство, что такое обучение? Это во многом настройка этого компьютера. Потом уже, когда чуть старше ребёнок становится, уже развивается разум. Но вначале нужно настроить этот компьютер. То есть ребёнок учится всему: ходить, кушать, взаимодействовать с другими людьми.

И во многом потом этот компьютер будет делать вещи бессознательно, у него есть такой навык. Как подтверждение этому, в современном мире есть такой бич, очень многие люди заболевают болезнью Альцгеймера. Это когда расстраивается эта так называемая компьютерная система, то есть ум приходит в дисбаланс, он расстраивается, и расстраиваются все настройки ума. И человек не может сделать элементарные вещи, часто такие люди забывают, как сходить в туалет.

Опять же, это то, для чего нужен ум: он учит нас каким-то программам и стереотипным вещам, чтобы мы это делали, не задумываясь. И в этом есть своя определённая необходимость жизни. Но дело в том, что любой развивающийся человек, я уже не говорю о духовном человеке, он развит и развивается в той степени, в какой он может контролировать свой ум.

Потому что ум всему даёт свои определения, и всему даёт стереотипное мышление или ограничивающие убеждения, как называют в психологии. Это когда ум слишком много берёт под свой контроль. То есть он пытается контролировать те вещи, которые он не должен контролировать, и тут очень важно понимать, что с нами происходит.

Без контроля ума никакого развития не происходит! И ум всегда будет всё сводить к стереотипам, к определённым штампам. И то же самое в отношениях. Это очень важно понимать, потому что есть такая формула – не всё так, как нам кажется.

Слова, которые оживляют мертвые клетки
Ученым удалось доказать, что слова способны оживлять мертвые клетки! В ходе исследований ученые были поражены, какой огромной силой обладает слово. Как же им удалось этого добиться? Исследования показали, что выполнялось запоминание системами условий воздействия на них, и эта информация в них хранилась.

Начнем все по порядку. Еще в далеком 1949 году исследователи Энрико Ферми, Улам и Паста изучали нелинейные системы — колебательные системы, свойства которых зависят от происходящих в них процессов. Эти системы при определенном состоянии вели себя необычно.

Исследования показали, что выполнялось запоминание системами условий воздействия на них, и эта информация в них хранилась довольно продолжительное время.

Характерный пример — молекула ДНК, хранящая информационную память организма.

Еще в те времена ученые задавали себе вопрос, как такое возможно, чтобы неразумная молекула, не обладающая ни мозговыми структурами, ни нервной системой, может обладать памятью, по точности превосходящей любой современный компьютер. Позднее ученые открыли загадочные солитоны.

Солитоны, солитоны…

Солитон — это структурная устойчивая волна, находящаяся в нелинейных системах. Удивлению ученых не было предела. Ведь эти волны ведут себя как разумные существа. И только по истечении 40 лет ученым удалось продвинуться в этих исследованиях. Суть опыта заключалась в следующем — с помощью специфических приборов ученым удалось проследить путь следования этих волн в цепочке ДНК.

Проходя цепочку, волна полностью считывала информацию. Это можно сравнить с человеком, читающим открытую книгу, только в сотни раз точнее. У всех экспериментаторов во время исследования возникал одни и тот же вопрос — почему солитоны ведут себя так, и кто дает им такую команду?

Почему солитоны так себя ведут?

Ученые продолжали свои исследования в математическом институте РАН. Они попробовали воздействовать на солитоны человеческой речью, записанной на информационном носителе. То, что увидели ученые превзошло все ожидания — под воздействием слов солитоны оживали.

Исследователи пошли дальше — направляли эти волны на зерна пшеницы, которые до этого были облучены такой дозой радиоактивного излучения, при которой рвутся цепочки ДНК, и они становятся нежизнеспособными. После воздействия семена пшеницы проросли. Под микроскопом наблюдалось восстановление ДНК, разрушенных радиацией.

Получается, человеческие слова смогли оживить мертвую клетку, т.е. под воздействием слов солитоны начинали обладать животворящей силой. Эти результаты неоднократно были подтверждены исследователями из других стран — Великобритания, Франция, Америка.

Учеными была разработана специальная программа, при которой человеческая речь трансформировалась в колебания и накладывалась на волны-солитоны, а потом воздействовали на ДНК растений. Вследствие этого значительно убыстрялся рост и качество растений.

Опыты проводились и с животными, после воздействия на них наблюдалось улучшение артериального давления, выравнивался пульс, улучшались соматические показатели.

Исследования ученых не остановились и на этом

Совместно с коллегами из научных институтов США, Индии были проведены эксперименты по воздействию человеческой мысли на состояние планеты. Эксперименты проводились не единожды, в последних участвовало 60 и 100 тысяч человек. Это поистине огромное количество людей. Главным и необходимым правилом выполнения эксперимента было присутствие у людей созидающей мысли.

Для этого люди по своей воле собирались группами и направляли свои позитивные мысли в определенную точку на нашей планете. Во время и на протяжении нескольких суток резко сокращались показатели преступности в городе! Процесс воздействия созидающей мысли фиксировался научными приборами, которые регистрировали мощнейший поток положительной энергии.

Человеческая мысль материальна

Ученые уверены, что эти эксперименты доказали материальность человеческой мысли и чувств, и их неимоверную способность противостоять злу, смерти и насилию. Уже в который раз ученые умы благодаря своим чистым помыслам и стремлениям научно подтверждают древние прописные истины — человеческие мысли могут, как созидать, так и разрушать.

Выбор остается за человеком

Выбор остается за человеком, ведь именно от направления своего внимания зависит, будет человек творить или негативно влиять на окружающих и на себя. Человеческая жизнь — это постоянный выбор и можно научиться делать его правильно и осознанно.

Автор: Матвеев Кирилл

Без наименованияМуджи
Я хочу дать тебе один совет, который не так часто можно услышать, но я сам, моя жизнь — пример того, что это работает.

Если ты хочешь дойти до конца и обрести свободу, отбрось мысль о том, что у тебя есть какие-то права в этом мире.

Забудь о правах вообще. Тогда все в жизни станет для тебя подарком.

Когда ты не думаешь, что заслуживаешь чего-то, все воспринимается как дар. Просто попробуй. Проверь на себе. Хорошо?

Это не просто стратегия поведения.

Отбрось саму идею о том, что жизнь чем-то тебе обязана, и ощути то пространство, что откроется внутри.

Возможно сначала ты почувствуешь себя уязвимо: «О Боже, нет, теперь я не смогу постоять за себя. Меня могут оскорбить или унизить!».

Но иди за пределы своей уязвимости. Пожертвуй ею ради Истины.

Если ты идешь до конца, тогда отбрось также свою гордыню.

В мирской жизни никто не посоветует тебе сделать это, ведь ты должен гордиться собой, повторяя: «Послушайте, у меня есть права!».

Но как только у нас появляются права, мир автоматически становится не прав по отношению к нам.

Смотри на жизнь глазами Бога. Бог не имеет прав. Богу и не нужны никакие права. Будь подобен Богу. Оставь все свои мысли о будущем. Если ты перестанешь думать о будущем, то забудешь и прошлое.

Сделай это для себя. Не нужно никому об этом рассказывать.

Перестань искать поддержки и зависеть от окружающих: «На кого я смогу положиться?». Оставь свои проекции и ожидания: «Через два года у меня будут серьезные отношения и собственная квартира!».

В этом нет ничего особенного. Эта игра оставляет тебя в дураках. Не будь дураком. Ты упускаешь Божественную возможность и силу Святого Духа, полагая, что выбор всегда за тобой.

Когда ты считаешь, что имеешь право выбирать самостоятельно, Господь позволяет тебе сделать этот выбор. Но как только ты отбросишь все мысли о своих правах, как только ты скажешь: «Господи, Ты дал мне свободу выбора. Теперь Ты — мой выбор». Тогда произойдет нечто большее, чем ты можешь себе вообразить.

Оставь свою гордость. Гордость за то, что ты — женщина, что красива от природы. Гордость за то, что ты — мужчина, что ты чего-то достиг. Гордость за свою расу, религию, нацию, что угодно.

Оставь абсолютно все, чем ты можешь гордиться.

Это не принадлежит тебе. Это от дьяволизма. Оставь все и посмотри, что останется.

Бескрайнее пространство откроется внутри тебя.

Колоссальное смирение, приятие, любовь, мудрость и свобода придут в тот момент, когда ты растворишься во всеобъемлющем Бытии.

И никакая сила на планете не сможет уже манипулировать тобой или ограничить тебя, потому что ты освободишься от всего, что было свойственно личности.

Почему ты считаешь свою личность такой ценной?

На какое-то время всем нам необходимо ощутить себя личностью, но однажды приходит час возвращаться Домой.

Вернись к своей чистоте, к своему изначальному состоянию прямо сейчас. Ты спросишь: «Как?».

Припади к стопам Господа, отбросив все свои страхи. Это падение не вниз, а вверх, в объятия живого Бога.

Без наименования
Во время ливано-израильской войны ряд исследователей провели эксперимент, в ходе которого группу людей обучали способности "ощущать" мир внутри себя. В специально назначенное время этих людей забрасывали в истерзанные войной регионы Ближнего Востока. И когда они посреди всего этого кошмара преисполнялись чувством мира, террористические действия прекращались, преступления против мирных жителей шли на спад, количество пострадавших, доставляемых в госпитали, и число дорожных происшествий уменьшалось. Когда же эти люди переставали сосредоточиваться на переживании мира, всё возвращалось на круги своя. Такие исследования подтвердили ранее сделанные открытия: КОГДА ДАЖЕ НЕБОЛЬШОЙ ПРОЦЕНТ НАСЕЛЕНИЯ ОБРЕТАЕТ ВНУТРЕННЕЕ СОСТОЯНИЕ МИРА И ПОКОЯ, ЭТО СОСТОЯНИЕ ОТРАЖАЕТСЯ В ОКРУЖАЮЩЕМ МИРЕ.

Исследователи смогли высчитать количество людей с чувством мира в душе, которое требуется для того, чтобы это состояние отразилось на окружающем мире. Например, для города с миллионным населением потребовалось бы примерно 100 человек. А для региона с населением 6 миллиардов оно составило бы меньше 8000 человек. Формула учитывает лишь тот минимум людей, который необходим для того, чтобы начать процесс оздоровления мира. Чем большее количество людей охвачено чувством мира, тем быстрее возникает нужный эффект.Это исследование получило название "Международного проекта мира на Ближнем Востоке", а его результаты опубликовал "Журнал разрешения конфликтов" (1988 г).

Мироздание держится на людях, у которых любовь и мир в душе. Это костяк, основа организма цивилизации. Они не жалуются, не осуждают несовершенства мира, не презирают "матрицу-систему". Не призывают из нее выходить. Они просто спокойно делают свои дела, украшают свою жизнь на благо самим себе, иногда даже не задумываясь об том, что их личная благополучная жизнь спасает этот мир от разрушения. Точно так же устроен организм человека. Стволовые клеточки (стволовое тело, биополе, душа) - это основа жизни. Их мало, но они "в тельняшках". Сохраняйте внутри себя состояние мира и покоя, это отражается на то, что происходит вокруг вас.

Без наименования
Ищущий: Мы мирские люди и нас преследуют какие-то горести, беды, а мы не знаем, как избавиться от них. Мы молимся Богу, но недовольны результатом. Что нам делать?

Махарши: Верить Богу.

Ищущий: Мы положились на Него, но помощи до сих пор нет.

Махарши: Да. Если вы отдались Богу, то должны быть способны жить Его волей и не обижаться на неприятности. Все может повернуться другой стороной. Страдание часто ведет людей к вере в Бога.

Ищущий: Но мы земные, имеем жен детей, друзей и родственников. Мы не можем игнорировать их и подчинить себя Божественной воле, не удерживая в себе хоть крупицу индивидуальности.

Махарши: Это означает, что вы не отдались так как исповедуете. Вы должны только верить Богу. Отдаетесь ему и только держитесь Его воли независимо от Его появления или исчезновения. Ждите Его удовольствия. Если вы просите сделать желанное вам, то это уже не отдача, а приказ Ему. Нельзя подчинять Его себе и при этом думать, что вы уже отдались. Он знает, что является наилучшим, а также как и когда это наилучшее сделать. Все полностью оставьте Ему. Ноши – Его, а у вас теперь нет забот, все ваши тревоги на Нем. Такова отдача и это есть бхакти.

Другой Путь – исследуйте, для кого возникают эти вопросы. Глубоко погружайтесь в Сердце и оставайтесь Атманом. Один из этих двух Путей открыт для устремленного.

Ищущий: Но отдача невозможна.

Махарши: Действительно, полная отдача невозможна в начале Пути, однако частичная безусловно доступна всем, и со временем это приведет к совершенному подчинению.


1 1 12